Ярлыки

1 (26) 1 ударная армия (38) 10 армия (7) 11 армия (21) 13 армия (7) 14 армия (24) 16 армия (7) 19 армия (5) 2 ударная армия (42) 20 армия (7) 21 армия (5) 22 армия (5) 26 армия (11) 27 армия (4) 29 армия (3) 3 армия (23) 3 ударная армия (31) 30 армия (19) 31 армия (3) 32 армия (14) 33 армия (3) 34 армия (29) 38 армия (3) 39 армия (15) 4 армия (9) 4 ударная армия (27) 40 армия (9) 41 армия (1) 43 армия (13) 49 армия (6) 50 армия (6) 53 армия (11) 54 армия (14) 55 армия (2) 59 армия (8) 6 армия (1) 67 армия (2) 68 армия (7) 7 армия (8) 8 армия (3) 9 армия (1) Брянский фронт (27) Видео (16) Военные округа (6) Волховский фронт (56) Воронежский фронт (3) Западный фронт (69) Запасные лыжные части (78) Калининский фронт (91) Кандалакшская ОГ (5) Карельский фронт (49) Кемская ОГ (12) Книги (9) Ленинградский фронт (21) Лыжные батальоны (306) Лыжные бригады (68) Масельская ОГ (2) Медвежьегорская ОГ (3) Операции Красной Армии (20) Приказы (37) Северо-Западный фронт (99) Фото (23) Фотографии бойцов (32) Фотографии лыжников (7) Центральный фронт (9) Юго Западный Фронт (16) Южный фронт (4)

четверг, 15 мая 2014 г.

152 отдельный лыжный батальон Калининского фронта (152 ОЛБ)



152 отдельный лыжный батальон Калининского фронта (152 ОЛБ)

152 отдельный лыжный батальон 30 армии, в  составе действующей армии с 5 февраля 1942г по 1 июня 1942г. В составе 30 армий участвовал в боях с противником на ржевском направлении.

152 отдельный лыжный батальон был сформирован в Уральском Военном округе в г Курган в составе 21 ЗЛБР вероятно в 276 ЗЛП. Батальон из Кургана  переброшен в Ростов-Ярославльский к 13 января 1942г затем убыл на фронт.
5 февраля 152 лыжный батальон вошел в состав 30 армии Калининского фронта. Командарм Лелюшенко не стал в своих мемуарах упоминать бои в районе Ржева. Документов 30 армии у меня тоже пока нет, поэтому о боевом пути 152 ОЛБ, можно узнать из воспоминаний ветеранов 359 СД.


152 ОЛБ практически полностью погиб в бою предположительно 14 февраля в районе д Лебзино. Батальон был придан 359 СД которая пыталась прорваться к окруженной ударной группировке Калининского фронта (29,39 А,11КК). 
Ветераны 359 СД так описывали этот бой.
«7 февраля дивизия получила приказ штарма 30 № 2 от 07.02.42, в котором ставилась задача: с прежними средствами усиления и 150 лыжным батальоном продолжать стремительное наступление в общем направлении на Рязанцево. Любой ценой, не взирая на оказываемое сопротивление противника, овладеть Лебзино и к 9-00 8 февраля 1942 г. выйти на рубеж Брехово (западное), где соединиться с частями Швецова.
Однако все попытки частей дивизии в этом наступлении успеха не имели.
Выполняя приказ штарма, командир лыжного батальона капитан Шамов С. С. из 1196-го стрелкового полка получил задачу: с исходного рубежа, 200 м севернее Лебзино, атаковать противника и к утру 10 февраля овладеть д. Есимово.
Командиру 1196-го стрелкового полка собрать остатки 1194-го и 1198-го стрелковых полков к 10-00 10 февраля организовать подразделения, привести их в порядок и овладеть Лебзино.
11 февраля в 0-30 подразделения под прикрытием огня артиллерии дивизии перешли в атаку на Лебзино. Все их попытки овладеть деревней были безуспешны.
В подразделениях осталось всего 120 человек. Лыжный батальон капитана Шамова имел огромные потери. А штаб 30-й армии продолжал настойчиво требовать сломить сопротивление противника, чего бы это ни стоило.
12 февраля части дивизии в своем составе имели: 1196-й стрелковый полк - 55 человек,  1198-й - 60 человек. После мобилизации личного состава из тылов дивизия имела в строю частей лишь 200 человек. При таком составе дивизии вновь была поставлена задача овладеть Лебзино. И это наступление дивизии было безрезультатным.
14 февраля на участке 1198-го стрелкового полка были введены в бой два  батальона лыжников. Парни уральских лыжных батальонов все как на подбор - молодые, здоровые, в белых маскировочных халатах, но без боевого опыта. Их бросили в бой с хода. Когда они шли в бой, им по цепи подсказывали, чтобы не скучивались под огнем противника, а рассредоточенно, попеременно, пробежками на лыжах продвигались к рубежу атаки. Оба  батальона  продвинулись  только  на  200 - 300 метров  от рубежа атаки  и подавляющее большинство личного состава каждого батальона погибло.
А вечером, когда старшины  батальонов  привезли  пищу,  она  осталась  нетронутой. В  живых   остались  лишь  единицы  личного  состава  батальонов.  Их  бойцы и командиры почти все были убиты и ранены. Старшины подразделений, сдерживая на глазах слезы, нервно подавали фронтовые кружки, наполненные водкой, и просили бойцов, оставшихся в живых, выпить за погибших в бою товарищей.

Противник упорно оборонял занимаемые позиции и всеми огневыми средствами задерживал наше наступление. Его авиация непрерывно атаковала боевые порядки дивизии, несколько пополненные личным составом и на бреющем полете беспрепятственно вела огонь по основным позициям нашей артиллерии.
Неудачи пятисуточных боев не остановили командование 30-й  армии в достижении поставленной цели по овладению Лебзино, чего бы это ни стоило.
В течение ночи с 14 на 15 февраля дивизия получила значительное пополнение личного состава, которое было направлено в 1196-й стрелковый полк. Был сформирован сводный 1196-й  стрелковыйполк с включением в его боевой состав отдельных подразделений других частей дивизии. Командиром сводного полка был назначен подполковник Хаустович Петр Сельверстович. Этот полк составлял главные силы дивизии и получил задачу:  во взаимодействии с другими частями овладеть Лебзино - основным опорным пунктом вражеской обороны, чтобы в дальнейшем вести наступление и соединиться с частями окруженной 29-й армии.
Утром 15 февраля части дивизии занимали исходное положение для наступления. В это время 924-й артиллерийский полк под огнем вражеской артиллерии и ударов авиации противника выдвинул орудия на прямую наводку до 400 метров от переднего края немецкой обороны и открыл мощный огонь по снежному валу, огневым средствам, блиндажам, дзотам и подавил его оборону. В результате артподготовки и поддержки атаки нашей пехотой было разрушено 9 дзотов, 11 блиндажей и уничтожено две минометные батареи, одна артиллерийская, более 10 пулеметных огневых точек и до 200 гитлеровцев из батальона “СС” в деревне Лебзино и в его районе.  В ходе артиллерийской подготовки части выдвигались на рубежи атаки. В 10 часов 40 минут они атаковали противника. Основная тяжесть по овладению Лебзино легла на сводный 1196-й стрелковый полк, который при поддержке огня артиллерии и 81 танковой бригады быстро атаковал передний край обороны немцев. Ни пулеметный, ни минометный огонь противника не смог сломить прорыва наступающих частей дивизии. В результате решительной атаки сводный 1196 стрелковый полк и другие части дивизии ворвались в Лебзино.
Бои шли за каждый дом, каждое строение. Отдельные бои в деревне перерастали в рукопашные схватки с гитлеровцами, выбегающими из блиндажей, дзотов и хат Лебзино. К 12 часам 15 февраля Лебзино было полностью очищено от немцев. Однако 1196 стрелковый полк, выдвинувшись из Лебзино несколько южнее, был вынужден под сильным огнем  противника  залечь  на  опушке  рощи.  81 танковая бригада в количестве 18 танков Т-34, действующая в бою за Лебзино, потеряла 9 танков.
»
В описании боев отсутствуют номера лыжных батальонов, четыре из пяти лыжных батальонов приданных дивизии были уральскими. Можно предположить, что 152 ОЛБ был введен в бой14 февраля.

Нужно отметить, что 152 ОЛБ был не единственным лыжным батальоном которым усилили 359 СД, перед наступлением. 359 СД была на острие наступления, расстояние которое отделяло 359 СД от окруженной 29 А было столь мало, что разведчикам 359 СД удалось, ночью, на подводах, вывести из окружения около тысячи раненых.
В феврале 1942г 359 СД была усилена 139,145,146,150,152 ОЛБ. Совместно с другими дивизиями в этом наступлении вероятно участвовали 148, 149,  151,  153, 222 ОЛБ.
Практически все лыжбаты погибли в течении нескольких дней.  
Похоже, они и были главной ударной силой дивизии, потому что 359 СД к этому времени понесла большие потери. Потери личного состава дивизии с 15 декабря 1941 года по 15 марта 1942 года: убито - 3424 чел., ранено - 7493 чел., пропало без вести - 1359 чел., заболело - 310 чел., обморожено – 9 человек. Всего 14535 человек. Большая часть потерь дивизии пришлась на февраль  1942г, в этот период безвозвратные потери дивизии ежедневно составляли 200-400 человек, полки дивизии имели численность 50-100 человек. Лыжники в эти списки практически не попали.
«Представляю список л/с лыжбатов 139,145,146,150,152 на 325 чел.
Доношу, что в феврале упомянутые лыж.баты были приданы нашей дивизии. После ожесточенных боев лыжбаты самостоятельно действовать перестали, личный состав был влит в состав дивизии.
Штабами 150 и 152 лыжбатов списки л.с. были утеряны, в 145 и 146 лыжбате в найденных списках не оказалось адресов семей. Все принятые
меры по розыску других списков результатов не дали.
Были опрошены все военнослужащие, вошедшие в состав дивизии, на основании чего и составлен настоящий список.
Приказом 30 армии от 30.5.42 указанные лыжбаты расформированы

Поэтому многие лыжники числятся пропавшими без вести, поисковики ведущие поиски в этом районе часто находят останки лыжников.
К сожалению, несмотря на самоотверженность лыжников и пехоты, пробить коридор к окруженным войскам не удалось, это привело к неудаче всей Ржевско-Вяземской операции.
Противник держал оборону из последних сил, ему тоже дорого пришлось заплатить за удержание позиций.
«Полк "Дер Фюрер" из дивизии СС "Рейх". Кумма перебросили к Волге в то самое место, где замерзшую реку перешла советская 29-я армия. - Держаться любой ценой, - приказал Модель Кумму. - Любой ценой, подчеркнул генерал.
Кумм со своим полком численностью 650 человек обосновался на импровизированных, но очень важных позициях вдоль покрытой льдом Волги. С помощью снарядов и мин в земле пробивались углубления, через регулярные интервалы в 100-200 метров оборудовались огневые пулеметные точки и пехотные укрытия. Рубеж получился неглубоким, Кумм не располагал никакими резервами.
Русские атаковали беспрестанно. День за днем их становилось больше. Они твердо намеревались пробиться, чтобы соединиться со своими отрезанными дивизиями. Именно там, в том месте решалась судьба битвы за Ржев.
Штаб Кумма располагался менее чем в километре от линии обороны 3-го батальона. Модель ежедневно наведывался к Кумму, приземляясь на лед Волги на "Физелер Шторхе" или приезжая на вездеходе. Один раз, когда машина застряла, командующий прибыл на коне.
28 января, как раз когда Модель находился в штабе Кумма, солдаты 1-го батальона привели пленного красноармейца. Он оказался связистом из штаба советской 39-й армии. Такие люди очень ценны. Они знают больше, чем многие боевые командиры.
Словоохотливый русский сообщил, что на следующий день запланирована крупная атака. Он уверял, что для участия в ней готовятся несколько стрелковых и танковых бригад. Они должны были осуществить прорыв и выручить окруженных вне зависимости от потерь, любыми средствами, любой ценой.
Модель уезжал из штаба очень обеспокоенным.
– Оберштурмбанфюрер, я полагаюсь на вас, - сказал он на прощанье Кумму и с невеселой усмешкой добавил: - Может, все же этот русский приврал.
Пленный не врал. Утром началась крупномасштабная атака. Удар пришелся точно в то место, где ранее прорвалась советская 29-я армия и где широкие танковые колеи обозначали пролегавшую по льду дорогу.
Несмотря на свою малочисленность, полк Кумма был хорошо оснащен. На переднем крае стояла 88-мм зенитка. Истребительно-противотанковая рота имела на вооружении 50-мм противотанковые пушки. Рота тяжелых вооружений состояла из взвода тяжелых и взвода легких пехотных орудий, а еще два взвода располагали 37-мм противотанковыми пушками. Более того, в ходе ведения боевых действий полку был придан мотоциклетный батальон дивизии "Рейх", а также батарея штурмовых орудий 189-го дивизиона. Но даже и при таком раскладе по сравнению с массами атакующих силы все равно оставались более чем скромными.
На протяжении трех недель русские постоянно атаковали днем и ночью. Однако они допустили вполне типичную для них тактическую ошибку - не сосредоточили все силы на одном участке прорыва, не определили для себя направление сосредоточения основных усилий. Они бросали в бой батальон за батальоном, потом полк за полком и, наконец, бригаду за бригадой.
Противотанковое прикрытие для группы, державшей оборону в Клепенине, обеспечивали два истребительно-противотанковых взвода 561-го истребительно-противотанкового дивизиона. К 3 февраля тринадцать 50-мм противотанковых пушек лейтенанта Петерманна подбили двадцать T-34. 5 февраля лейтенант Гёфер принял у раненого Петерманна истребительно-противотанковый взвод. О том, сколь ожесточенно велись бои на подступах к Клепенину, говорит тот факт, что за пять часов орудийный расчет стоявшей там пушки сменялся трижды. Две дюжины подбитых советских танков замерли, не дойдя до немецких позиций. Соседнюю пушку раздавил T-34. Пехотинцам пришлось уничтожать колосса минами и подрывными зарядами.
На шестой день тридцать легких русских танков возникли перед позициями 10-й роты. Они остановились в 50 метрах, а затем начали стрелять по пехотным землянкам и пулеметным точкам. Они поливали их огнем целых полчаса, затем укатили обратно в лес. Холодная ломкая тишина повисла над равниной. Через два часа в штаб батальона из расположения 10-й роты приполз человек. Ему помогли подняться и ввели в помещение. Это был роттенфюрер1 Вагнер. Тяжелораненый, с отмороженными руками, он попытался встать и как положено доложить командиру батальона Боллерту. Но упал и докладывал, лежа на полу:
– Гауптштурмфюрер, из моей роты в живых остался я один. Все погибли.
Вагнер забился в конвульсиях, и через секунду 10-я рота окончательно перестала существовать.
На рубеже образовалась брешь шириной не менее километра. Командование 6-го армейского корпуса бросило на заделывание дыры 120 человек водителей, поваров, сапожников и портных. Казначеи командовали взводами. Прекрасные солдаты, они совершенно не имели опыта ведения подобного рода боевых действий. 120 человек заняли позиции 10-й роты. После внезапной и массированной огневой подготовки - минометного обстрела - русские бросились в атаку с криками "Ура!". Этого оказалось чересчур много для нервов тыловиков. Они побежали и были один за другим перебиты как кролики.
Когда стемнело, красноармейцев от штаба полка Кумма в Клепенине отделяло всего 50 метров. Изначально в деревне насчитывалось тридцать домов, теперь их осталось только восемь.
Гауптштурмфюрер Гольцер, начальник штаба полка, проделал под полом глубокие отверстия и пропилил бойницы в нижних бревнах стены. Начиная от командира полка и кончая водителями, все приготовились к отражению атаки, держа в руках карабины, автоматы и пулеметы. Штабистов поддерживали противотанковая пушка и солдаты 561-го истребительно-противотанкового дивизиона, сражавшиеся теперь как пехотинцы.
Сколько бы раз ни бросались в атаку красноармейцы, им не удалось подойти к штабу ближе чем на 15 метров. Слова боевых донесений из района боя поражают свой чудовищной простотой: "На подходах к Клепенину валялись горы трупов".
Корпус прислал на помощь пехотный полк. Но советские солдаты перебили его почти полностью. Остатки полка влились в батальоны Кумма или использовались для прикрытия флангов. В ночь с 7 на 8 февраля русские в конце концов ворвались на позиции 2-й роты силами батальона. Жесточайшая рукопашная продолжалась четыре часа. 2-я рота полка "Дер Фюрер" полегла вся до последнего человека.
В этот момент в Клепенино прибыл мотоциклетный батальон дивизии "Рейх". Вдобавок на помощь к Кумму были переброшены часть 189-го дивизиона штурмовых орудий и разведывательный батальон под командованием майора Муммерта из 14-й моторизованной дивизии.
На позиции вышли 210-мм минометы и обрушили огонь своих снарядов на прорвавшегося в "русскую рощу" противника. Роща меняла хозяев десять раз. После одиннадцатой атаки она осталась в руках 14-го разведывательного батальона майора Муммерта.
Кумм уверенно держал позиции на северной оконечности большого котла. Деблокировочные бригады советской 39-й армии не сумели переправиться через Волгу. Они истекли кровью. Тысячами лежали погибшие перед позициями немцев на излучине Волги.
Немцы тоже понесли серьезные потери. 18 февраля, когда оберштурмбанфюрер Отто Кумм докладывал в штаб дивизии, Модель как раз оказался там. Он сказал Кумму:
– Я знаю, что от вашего полка почти ничего не осталось, но я не могу обойтись без вас. Какова на сегодня численность личного состава?
Кумм указал в сторону окна:
– Господин генерал-полковник, мой полк построен.
Модель выглянул в окно. Перед штабом стояло тридцать пять солдат и офицеров.
Огромную, чудовищную цену пришлось заплатить 9-й армии за разгром советских войск, прорвавшихся между Сычевкой и излучиной Волги»

Не стоит думать, что лыжники и пехота не могли сломить сопротивления 650 эсесовцев и тыловиков. Немцы скромно умалчивают, что когда на этом участке возникали кризисные моменты, эсесовцев усиливали не только тыловиками. Часто Моделю приходилось поднимать по тревоге и вводить в бой боевую группу 1-й танковой дивизии.


1 июня 1942г 152-й отдельный лыжный батальон был официально расформирован.
Это неоконченная статья о боевом пути 152 отдельного лыжного батальона в последующем статья будет дополнена.

Комментариев нет:

Отправка комментария