Ярлыки

1 (26) 1 ударная армия (38) 10 армия (7) 11 армия (21) 13 армия (7) 14 армия (24) 16 армия (7) 19 армия (5) 2 ударная армия (42) 20 армия (7) 21 армия (5) 22 армия (5) 26 армия (11) 27 армия (4) 29 армия (3) 3 армия (23) 3 ударная армия (31) 30 армия (19) 31 армия (3) 32 армия (14) 33 армия (3) 34 армия (29) 38 армия (3) 39 армия (15) 4 армия (9) 4 ударная армия (27) 40 армия (9) 41 армия (1) 43 армия (13) 49 армия (6) 50 армия (6) 53 армия (11) 54 армия (14) 55 армия (2) 59 армия (8) 6 армия (1) 67 армия (2) 68 армия (7) 7 армия (8) 8 армия (3) 9 армия (1) Брянский фронт (27) Видео (16) Военные округа (6) Волховский фронт (56) Воронежский фронт (3) Западный фронт (69) Запасные лыжные части (78) Калининский фронт (91) Кандалакшская ОГ (5) Карельский фронт (49) Кемская ОГ (12) Книги (9) Ленинградский фронт (21) Лыжные батальоны (306) Лыжные бригады (68) Масельская ОГ (2) Медвежьегорская ОГ (3) Операции Красной Армии (20) Приказы (37) Северо-Западный фронт (99) Фото (23) Фотографии бойцов (32) Фотографии лыжников (7) Центральный фронт (9) Юго Западный Фронт (16) Южный фронт (4)

четверг, 6 ноября 2014 г.

123 отдельный лыжный батальон 49 армии



123 отдельный лыжный батальон 49 армии

123 отдельный лыжный батальон в действующей армии с 3 января 1942г. до 12 августа 1942г. В составе 49А Западного фронта участвовал в боях с Юхновской группировкой противника. Расформирован батальон 12 августа 1942г.
Сформирован 123 отдельный лыжный батальон в г Казань, предположительно в 16 ЗЛП.
В декабре лыжный батальон отправлен на фронт. Лыжный батальон выгрузился в Серпуховском районе. Переобмундирован и вооружен уже в прифронтовой зоне. По воспоминаниям известно что весь батальон был вооружен винтовками.
Из воспоминаний Ивана Федоровича Дынникова бойца 123 лыжного батальона «Сначала никто и не поверил, и только после того, как из сельсовета позвонили в город и всё подтвердилось, люди стали собираться в центре села. Женщины плакали, мужчины сурово молчали. А мы, пацаны, мечтали, как пойдём воевать и победим. В нас жила уверенность, что долго война не продлится. На утро следующего дня в село пришла первая разнарядка, забирали на фронт местного агронома. В ближайшее время должен был уйти и мой друг Пётр, мне же оставалось ждать 18-летия. Вместе с товарищами организовал группу будущих призывников. Под руководством политрука ребята изучали устройство винтовки, гранат.
Я попросил своего отца, пока он не уехал на фронт, обучить нас основам первой медицинской помощи. Он у меня был фельдшером, воевал в Гражданскую. Его уроки нам пригодились, отмечает Иван Фёдорович. Помимо постоянной военной подготовки, парень помогал колхозникам убирать урожай. Год выдался на редкость урожайным. Рожь выросла в человеческий рост. Такого даже старожилы не припоминали. Так что лишние руки пригодились. А в сентябре 1941 года призвали в армию. От Центрального комитета комсомола формировали лыжную и воздушно-десантную части, в одной из них предложили служить молодому человеку.
Вызвали меня на собеседование. Я честно признался, что парашютист из меня вряд ли выйдет, мне это незнакомо, а вот лыжи – по мне. На том и порешили, служить мне в лыжной части. Перед фронтом будущих защитников Родины отправили в Казань, на учёбу. От Сталинграда отплывали на пароходе «Социализм». Играла музыка, девушки махали платочками, кидали цветы. А мы были просто счастливы, мы отправляемся воевать. Казань встретила молодых бойцов проливным дождём, под которым они прошагали 15 километров до летнего лагеря, где им предстояло осваивать военные премудрости. Жили рядовые 16-й запасной лыжной стрелковой бригады в землянках, спали в шинелях, питались в летней кухне. Все эти трудности закаляли ребят перед самым главным испытанием в их жизни – фронтом.
11 октября 1942 года, в день своего 18-летия, Иван Дынников принял присягу на верность Родине, а в декабре вместе с товарищами был направлен в Подмосковье, в Серпуховский район. Пополнение отправили эшелоном, ехали долго.
– У нас не было оружия, на весь вагон имелась только единственная винтовка и всё. На подъезде к Москве нам выдали форму. Помимо обыкновенного, нас снабдили тёплым бельём, ватными куртками и брюками, шинелями, маскировочными халатами, шапками, валенками и парой ботинок. Погрузились мы в машины и отправились к месту назначения. Пока ехали, попадавшихся по пути военных спрашивали, как там, на фронте. Нам отвечали коротко: «Увидите сами». Иван Фёдорович вспоминает, что когда прибыли на место, их вооружили.
Прямо на земле лежали винтовки, нам предложили выбирать. И всех нас, и миномётчиков, и автоматчиков, и пулемётчиков, полтысячи человек, вооружили только винтовками, подобранными на поле боя. Правда, патронов дали в неограниченном количестве. Мы даже противогазы выкинули, чтобы больше боеприпасов набрать. Кроме этого я взял гранату Ф-1 и противотанковую гранату. А потом на лыжах мы отправились на фронт
.».



Лыжный батальон по прибытию на фронт, в состав 49 армии, придан, предположительно, 238 СД.
Лыжному батальону сразу же не повезло. Батальон был разделен на несколько групп, одна из групп – первая рота- попала в окружение и понесла большие потери.
Из сводки штаба 49-й армии: «123 лыжбат (без первой роты) с 8.00 в движении в обход НИКОЛАЕВКА с юга в направлении ТОРБЕЕВО. Сведений о его действиях в штаб дивизии не поступило. По уточненным данным, 1-я рота 123 лыжбатальона, высланная в 16.00 5.1.42 г. по маршруту ДУБРОВКА, выс. 237, 5, в районе оврага 3 км юго-вост. СЛЯДНЕВО была окружена пр-ком и в результате боя 5 и 6.1.42 г. 50 процентов состава роты уничтожено минометно-пулеметным огнем пр-ка. Остатки роты (53 человека) без командного состава в ночь на 7.1.42 г. прибыли в клх. им. ОСИПЕНКО. Один взвод этой роты, действовавший левее, в бою участия не принимал, и место его нахождения до сих пор не установлено».

По всей вероятности, лыжники во время движения наткнулись на выносной пост немцев, который немцы выставили на ночь. Вооруженные одними винтовками, попав под пулеметный огонь, бойцы укрылись в овраге, где их накрыли минометным огнем и окружили.
Лыжники держались день, до наступления темноты 6 января, после чего оставшиеся в живых смогли прорваться к своим.

В дальнейшем батальон взаимодействует с 5 Гв СД, 30 и 34 СБР


Армия с 10 января вела наступление к Кондрово и Полотняному Заводу. Все лыжные батальоны (121,122,123) использовались как передовые отряды.
Задача армии предстояла трудная - Немцы ставили перед собой задачу удержать линию Кондрово, Полотняный Завод и тем самым не пропустить наши войска на Варшавское шоссе. С этой целью район Кондрово, Полотняный Завод был заблаговременно укреплен и подготовлен к упорной обороне. Населенные пункты в этом районе были превращены в опорные пункты с блиндажами и ДЗОТ. Промежутки между пунктами простреливались, а на основных направлениях немцы возвели ледяные валы.
С утра 9 января 5-я гвардейская стрелковая дивизия, вела бой на подходе к Некрасову. Бой длился до 11 января. В первой половине дня 11 января наши части овладели Некрасовом. С целью захвата дороги Кондрово - Медынь с утра 11 января был выслан лыжный батальон в направлении Адамовское.
12 января  батальон вел бой за д Маковцы которую штурмовали 5 Гв СД и 30 и 34 СБР. По всей видимости перехват дороги был отменен, как нецелесообразный, немцы бы попросту смяли бы батальон в своем тылу, и лыжников использовали для взятия сильно укрепленного опорного пункта. Деревня Маковцы была сильно укрепленным опорным пунктом противника, который прикрывал Кондрово.
Как указывал маршал Шапошников «Наиболее упорный бой пришлось выдержать 5-й гвардейской стрелковой дивизии, 30-й и 34-й стрелковым бригадам за Маковцы и Андреевку. Только к исходу дня 13 января удалось сломить сопротивление немцев и овладеть Маковцами и Андреевкой, после чего наступление наших частей развивалось в направлении Адамовское, Акишево (3 км северо-западнее Кондрово).»
Упорство, с каким противник удерживал оборону легко объяснимо – у немцев был четкий приказ держать оборону на  линии Полотняный Завод – Адамовское до 24-00 19 января, несчитаясь с потерями, любой ценой. Это и обусловило накал боев.
Лыжники в этих боях незаметно обошли Маковцы и внезапно атаковали противника, завязав уличные бои. Лыжный батальон в этих боях понес большие потери.
Из воспоминаний Ивана Федоровича Дынникова бойца 123 лыжного батальона «12 января 1942 года. Западный фронт. 123-й отдельный батальон, в составе которого Иван Дынников отвоёвывает у фашистов каждый километр родной земли, уже несколько суток укрывается в лесу в одном из районов Калужской области.
– Мы находимся буквально под носом у немцев, – рассказывает Иван Федорович, а потому должны соблюдать все меры маскировки. Костры жечь нельзя, еда закончилась, люди не ели два дня. Благо есть снег, его и ели, и пили. К исходу второго дня нам сообщают, что батальон должен занять Маковцы и вытеснить фашистов. Подходим к селу и по команде – в атаку. Благодаря внезапности нам удалось занять сразу несколько домов, но враг быстро опомнился, и вот мы находимся под ружей-но-пулемётным и миномётно-орудийным огнём.
13 января 1942 года. Лежим в цепи, холод пронизывает до костей. Политрук роты Бикмул Бикбулатов говорит, что надо прорваться в расположение врага, провести разведку, отвлечь на себя его внимание. И спрашивает: «Кто со мной?». Я и ещё несколько человек идём за командиром. Огородами пробираемся к одному из домов. Там никого, но по всему видно, фашисты ушли недавно. Политрук приказывает проверить соседнюю улицу. Иду я, Владимир Тульский и ещё один наш товарищ. Перебираемся через изгородь. Владимир, потом я, третьего убивают. Первый раз смерть прошла мимо меня, но её холодное дыхание я почувствовал спиной. Пробравшись на соседнюю улицу, мы спрятались за углом дома. Увидели двух автоматчиков, открыли по ним стрельбу, а другие немцы из укрытия накрыли огнём нас. Кое-как выбрались, доложили командиру, где располагаются огневые точки врага.
Идём обследовать другую улицу и вновь встречаемся с немцами, огонь открываем одновременно. Убит ещё один товарищ Николай Брагинский, я к нему, трясу, вдруг жив, и тут, словно молотом, меня ударяет в левую сторону груди. Слышу голос политрука: «Дынников, вы ранены!». Кричу в ответ: «Нет!». А сам вижу кровь льётся слева из груди, болит подбородок. Меня и ещё одного раненного товарища оставили в одном из свободных домов, с нами остался и рядовой Павлов. В полусознательном состоянии вижу, как к дому подбирается группа немцев. Не успел опомниться, как один из них уже заходит в избу. Павлов его укладывает с первого выстрела, я хватаю оружие фашиста. Закрываю дверь в избу. Начинаем отстреливаться через окна, переговариваемся с Павловым, и вдруг он замолк, я смотрю, а у него затылок пробит. Не успеваю прийти в себя, как слышу шипение, в избе крутится граната.
Как хватило сил, не знаю, а только в один миг спрятался за убитого Павлова, граната и рванула. Павлов спас меня от неминуемой смерти. Меня контузило, а потому взрыва второй гранаты я уже не слышал, увидел лишь, что и правую сторону задело. Вспоминаю, что за поясом у меня Ф-1. Пока не обессилел окончательно, хватаю её и к окну. Там целая группа немцев, да с пулемётом. Думали, что с нами покончено, поэтому полностью сконцентрировались на обстреле улицы. Я в них гранату и швырнул. А вторую приготовил для себя и Фёдорова. Говорю ему: «Если фашисты ворвутся, взорвём и себя, и их». Тот согласился.
Но, немцы в избе так и не появились, и он со своим товарищем кое-как сумел добраться до расположения роты. Там узнал, что тяжело ранен политрук, командир роты Игнат Киселёв, замком роты и многие другие. Через трое суток раненых отправили в полевой госпиталь в селе Рябцево. Я слышал, как оперировавший меня врач сказал коллегам: «Первый раз с начала войны вижу счастливого человека. Смерть обошла его трижды». А обратившись ко мне, добавил: «Молодой человек, вы родились в рубашке, и жить будете очень долго
».

Маковцы были взяты  к исходу 13 января.

Больше упоминаний о 123 отдельном лыжном батальоне пока нет. Поэтому сложно сказать, где вел бои батальон в последующем, до окончания наступления на Кондрово, лыжный батальон, вероятно, взаимодействовал с 5 Гв СД и 30,34 СБР.

В боях 49 армии за Юхнов со второй половины февраля и в марте батальон не упоминался в документах и оперсводках. Можно предположить, что 20 января, когда из 49 армии ушли 173 СД и 12 Гв СД, армию покинули  так же и лыжники –122,123 ОЛБ. Оба лыжбата числились до августа во фронтовом подчинении. Можно предположить, что лыжбат не стали расформировывать и вливать в стрелковые части, а использовали как отдельную часть, где то на другом участке Западного фронта.
Официально 123 отдельный лыжный батальон расформирован 12 августа 1942г.

Это неоконченная статья о боевом пути 123 отдельного лыжного батальона, в последующем статья будет дополнена.

Комментариев нет:

Отправка комментария