Ярлыки

1 (26) 1 ударная армия (38) 10 армия (7) 11 армия (21) 13 армия (7) 14 армия (24) 16 армия (7) 19 армия (5) 2 ударная армия (42) 20 армия (7) 21 армия (5) 22 армия (5) 26 армия (11) 27 армия (4) 29 армия (3) 3 армия (23) 3 ударная армия (31) 30 армия (19) 31 армия (3) 32 армия (14) 33 армия (3) 34 армия (29) 38 армия (3) 39 армия (15) 4 армия (9) 4 ударная армия (27) 40 армия (9) 41 армия (1) 43 армия (13) 49 армия (6) 50 армия (6) 53 армия (11) 54 армия (14) 55 армия (2) 59 армия (8) 6 армия (1) 67 армия (2) 68 армия (7) 7 армия (8) 8 армия (3) 9 армия (1) Брянский фронт (27) Видео (16) Военные округа (6) Волховский фронт (56) Воронежский фронт (3) Западный фронт (69) Запасные лыжные части (78) Калининский фронт (91) Кандалакшская ОГ (5) Карельский фронт (49) Кемская ОГ (12) Книги (9) Ленинградский фронт (21) Лыжные батальоны (306) Лыжные бригады (68) Масельская ОГ (2) Медвежьегорская ОГ (3) Операции Красной Армии (20) Приказы (37) Северо-Западный фронт (99) Фото (23) Фотографии бойцов (32) Фотографии лыжников (7) Центральный фронт (9) Юго Западный Фронт (16) Южный фронт (4)

четверг, 27 июня 2013 г.

68 отдельный лыжный батальон 4 уд





68 отдельный лыжный батальон 4 ударной арми


68 отдельный лыжный батальон в действующей армии с 7 января 1942г. до 20 апреля 1942г. В составе 4-й ударной армии участвовал в  Торопецко-Холмской наступательной  операции, боях в районе г. Витебск, Сураж, Велиж. Расформирован батальон 20 апреля 1942г.

Батальон сформирован в Московском военном округе в Горьковской области (предположительно в г. Арзамас из курсантов полковых школ). По приказу Ставки 19 декабря 1941г. отправлен на Северо-Западный Фронт.
Батальон по прибытию на Северо-Западный Фронт был включен в состав 4-й УА
Оперативная записка штаба СЗФ от 29.12.41 №001252
«Следующие войсковые части выгрузить на ст. Горовастица, Фирово, и направить их в районы сосредоточения по маршруту.

Прибывающие 66,67 лыжные батальоны направить в распоряжение командующего 3А (щтарм Красуха) район сосредоточения Плосково, Озерово, Гачки.

Прибывающие 68,69 лыжные батальоны направить в распоряжение командующего 4А в район Семеново Село, Куряево.»
Командарм 4 УА район действий армии описал следующим образом. «Армии предстояло действовать на территории трех областей. Операция началась в Калининской области, а развивалась в Смоленской и Витебской. Местность, в основном лесисто-болотистая и лесисто-озерная, была трудной для действия войск. Кроме того, в этом районе много рек. В северной и центральной части района, именно там, где действовала армия, местность была покрыта лесными массивами, занимавшими до 85 % площади, причем территория вокруг истоков рек была заповедной, и леса ограждались от каких бы то ни было порубок со всей строгостью  закона. Здесь не делали даже просек. Действовать войскам в таких условиях было чрезвычайно трудно. Надо помнить, что операция проходила зимой 1941/42 г., отличавшейся суровостью. Стояли морозы свыше 30°. Глубина снежного покрова была от 70 см до 1,5 м.» ( Еременко А.И. В начале войны. — М.: Нaука, 1965) Вообще Еременко оставил самые подробное  описание событий, П.Карель и другие историки как отечественные так и зарубежные  также опирается на его мемуары.
Все лыжбаты 4-й ударной армии со станции выгрузки в районы сосредоточения выдвигались своим ходом.
«Сосредоточение войск являлось чрезвычайно сложным делом. Во избежание чрезмерной загрузки оперативными перевозками единственной железной дороги основная масса войск (332, 334, 358, 360-я стрелковые дивизии) следовала из Москвы на автомашинах по дороге Торжок — Кувшиново — Осташков. По железной дороге перевозились все стрелковые бригады, артиллерийские и танковые части. Все лыжные батальоны двигались в район сосредоточения своим ходом. Это было для них хорошей тренировкой к предстоящим боевым действиям. Не обошлось, однако, без курьезов. Так, один лыжный батальон прибыл без лыж, растеряв их по дороге. Сказался формальный, чиновничий подбор людей в спецподразделения. В батальон попали жители южных районов страны, никогда даже не видевшие лыж, которые были для них обузой»
Эта байка от Еременко прочно обосновалась как на страницах военной прозы «лыжный батальон был сформирован в Ташкенте из узбеков лыж никогда не видевших». Так и на страницах некоторых исследователей которые любят все обгадить «Наиболее ценными спецподразделениями в таких условиях являлись лыжные батальоны, которых у немцев не было. Однако в силу специфического «рассейско-огульного» подхода к их формированию фронтовые командиры с удивлением порой узнавали, что прибывший в их распоряжение батальон лыжников состоит сплошь из чистокровных азиатов, лыж никогда в жизни не видевших.»
Странно, почему Еременко это написал. Лыжбаты осенью-зимой 1941-1942гг не формировались в САВО, переброска контингентов призывников между округами также не было, кроме случаев, когда из районов перед самой оккупацией противником призывников направляли на восток во внутренние округа. 
4 УА получила 61,62,64,66,67,68,69 ОЛБ, три из которых были сформированы в Кировской области - 61,62,64, а остальные в Горьковской области 66,67,68,69 ОЛБ.

Следует все таки отметить, что в лыжных частях зимой 1941-1942г.г. служили казахи, и др национальности, но в незначительном числе. При этом  отзывы о  них были очень даже неплохие. 
 Разгадка "лыжных батальонов из Ташкента" лежит в другой плоскости - ими оказались 66 и 67 ОЛБ. Понятное дело, что батальоны были укомплектованы не жителями Средней Азии, а жителями Подмосковья, Горьковской области и жителями других областей Европейской части СССР.

По воспоминаниям А. Жемаева (с. Перемилово) бойца 66-го отдельного лыжного батальона, в батальоне было много бойцов родом из Яхромы.
«Настоящее боевое крещение батальон, который на 50% состоял из яхромчан, получил в районе Осташкова».
Также в Горьковскую область для формирования лыжных батальонов, из Москвы были отряжены контингенты спортсменов – лыжников, преимущественно комсомольцев. Странно где Еременко увидел бойцов «лыж никогда в жизни не видевших».
Повторюсь, причина этой байки лежит в другой плоскости - 66 и 67 ОЛБ прибыли потеряв по дороге много лыж - 67 ОЛБ в дороге сломал 500 пар лыж, а 66 ОЛБ 280 пар лыж. Сразу же по прибытию в 4 ударную армию, командование провело расследование  причин того, что батальоны потеряли столько много лыж. В приказе от 4 января 1942г прямо говорилось о причинах утери лыж - "Совершенный лыжными батальонами марш из района ст Сходня (под Москвой)  до места сосредоточения проходил не организовано. Дисциплина марша не соблюдалась, люди и подразделения перемешались, Кухня отстала.
Предоставленные сами себе бойцы и даже командиры самостоятельно цеплялись и садились на мимо проходившие машины, ломали, теряли и  меняли на табак - ценное государственное имущество - лыжи."
 По результатам расследования 7 января 1942 г командир 67 лыжного батальона ст лейтенант Лотов Алексей Дмитриевич был приговорен к ВМН. Комиссар 67 ОЛБ так же был предан суду военного трибунала, но в списках ВМН он не значится, командование 66 ОЛБ отделалось понижением в должности.
Армейский приказ, о наказании виновных, командование предписывало довести до ведома всего командного состава армии, до командиров взводов включительно, с целью предотвращения  потери любого имущества и оружия, в предстоящих боях.
 Но нельзя все валить на командира батальона, была и вторая причина утери лыж.

«Ставка Верховного Главнокомандования приказала:
1.  Направить 66, 67, 68, 69, 70 и 71-й лыжные батальоны железной дорогой в распоряжение ком. войсками Северо-Зап. фронта. Погрузка — ст. Горький, с 20.00 19.12.1941 г., выгрузка—ст. Крюково, откуда по указанию представителя Генерального штаба походным порядком до ст. Кулицкая и далее по ж. д. до ст. Осташков.
2. Батальоны отправить с имеющимся вооружением, снаряжением, имуществом. Довооружение будет произведено в Москве (Красная Пресня).».
67 ОЛБ должен был маршем идти от Москвы до ст Кулицкая, а дальше двигаться по железной дороге, но из за загрузки железной дороги совершил марш от Москвы до Осташкова - марш примерно в 350 км, вдоль фронта, с полной выкладкой и тяжелым вооружением, периодически подвергаясь бомбежкам вражеской авиации. 
Командование 66 и 67 ОЛБ с организацией марша не справилось и было наказано, два других батальона из Горьковской области в этот приказ не попали, что означает, что их марш прошел организовано. 

Кроме того надо отдать должное лыжникам, несмотря на утерю лыж, оружие никто не бросил и по домам никто не разбежался, батальоны прибыли в район сосредоточения вовремя и в полном составе, хотя и шли практически по родным местам.  
Надо отдать должное и командованию 4 УА и СЗФ, которые придавали огромное значение спецподразделениям, которыми были лыжные батальоны - после показательного наказания, в кратчайшие сроки батальоны получили лыжи и новых командиров. В результате 67 ОЛБ прошел с боями до Витебска, а 66 ОЛБ до Суража (45 км от Витебска) пройдя с боями около 400-500 км.

Противник также не заметил лыжных батальонов без лыж - 3 января противник отмечал в ОС№202 Главного командования сухопутных войск Вермахта
«На левом фланге заметны приготовления к атакам в райо­не г. Осташков.
В последние дни перед фронтом группы армий появилось не­сколько лыжных батальонов численностью 500 человек каждый. Личный состав батальонов хорошо оснащен и вооружен.»
Еременко мог описать еще один случай произошедший на Калининском фронте в феврале марте 1942г, когда один лыжный батальон прибыл на фронт без лыж и вооружения. Но дело было снова совсем не в жителях Средней Азии. Батальон был сформирован из жителей Забайкалья, формировался батальон в Челябинске, был полностью оснащен лыжами и вооружением. По пути на фронт, в районе Селижарово, эшелон подвергся налету вражеской авиации, машинист остановил эшелон и лыжники, выпрыгнув  из вагонов, укрылись в лесу. Во время бомбежки  машинист вдруг резко начал движение и увел эшелон. Как результат - лыжный батальон понес от бомбежки незначительные потери в личном составе, но в вагонах уехавшего эшелона остались и лыжи и оружие, лыжники продолжили путь на фронт пешком, уже без лыж и оружия, на фронте были вооружены и дальше воевали как обычная пехота.  
Так что на войне случайностей хватало.
 Кстати у противника были так же лыжники - немецкие лыжники отметились в районе ст Охват и Торопца.
68 ОЛБ был хорошо вооружен.
По данным ЖБД 4 УА от 5.01.1942г. 69 лыжный батальон сосредоточился в районе д Сороги и насчитывал 523 человека, имел на вооружении  29 РПД, 159 ППШ, 135 СВТ, 64 АВС, 64 СВТ, 15 минометов, 95 винтовок. Обращает на себя внимание как небольшие отличия от вооружения 70 и 71 ОЛБ (9 минометов калибра – 50 мм 4 миномета калибра 82 мм, 31 – РПД, 150-180 автоматов), и очень большие отличия в вооружении с лыжбатами соседней 3 УА и вероятно  61, 62, 64 ОЛБ (2 миномета, 31 РПД, автоматов и личного оружия у командиров нет, автоматических винтовок нет). Еременко было грех жаловаться на хорошо оснащенные, вооруженные и обученные лыжные батальоны (4 из 6 лыжбатов прибывших из Горького были сформированы из курсантов полковых школ).
Интересно распределение самых сильных лыжных батальонов в 4 УА – 2 батальона на направление главного удара, 1 батальон на прикрытие  фланга и тыла 249 СД от контрударов противника с севера, 1 батальон придан 48 СБр для наступления на правом фланге (севернее основного удара). Как видно из распределения сил несмотря на указание фронта прикрыть свой фланг от контрударов со стороны Селижарова, это направление сильных лыжбатов не получило.
Всем лыжбатам 4-й УА действовать пришлось активно - лыжники использовались и как передовые отряды частей, и как разведчики  «большую роль в деле разведки на всем протяжении наступательных операций играли лыжные батальоны. Широко используя свою маневренность, небольшие отряды лыжников входили по лесным массивам в тылы противника, захватывали пленных и документы, что давало командованию и штабу армии возможность своевременно разгадывать замыслы противника, особенно попытки его подбросить резервы или уйти из-под удара на новый рубеж.». 68 лыжбату как и остальным лыжбатам  пришлось еще выполнять и роль агитаторов среди противника (вообще то трудно себе представить, как и зачем они её выполняли, но что поделаешь, приказ) «рассказанное Е. К. Дзозом о работе среди войск противника можно дополнить еще несколькими фактами. Лыжники и разведчики только одной 334-й стрелковой дивизии разбросали в расположении противника 350 тыс. листовок и газет.». Кроме того слабость технического оснащения средствами связи Красной Армии в этот период также добавила на плечи лыжников еще одну задачу – поддержание связи между штабами «иногда лб использовались поротно или повзводно как средства связи. В  этом отношении много положительных образцов в период наступления 4УА в общем направлении Пенно-Торопец.» Такая активность действий лыжных батальонов не в последнюю очередь зависела от личности командарма Еременко А.И., нрав у него был крутой, он мог любого  заставить выполнять его приказы, кроме того он был кавалеристом, поэтому в отличии от пехотных командиров прекрасно понимал маневренную войну, игнорируя угрозы флангам. Потому и атак в лоб лыжными батальонами старался избегать, также не наблюдается во время маневренных действий просьб расформировать лыжные батальоны для пополнения стрелковых дивизий, как это бывало на других фронтах. Командарм по максимуму использовал разреженность оперативного построения противника. Да и попав в подчинение своего бывшего подчиненного (Курочкина П.А.) он постарался добыть победу, а победа была возможна только в маневре.
В предстоящей Торопецко-Холмской  наступательной операции 68 лыжному батальону предстояло взаимодействовать с 249-й СД, задача дивизии и  батальона формулировалась следующим образом
«249-я стрелковая дивизия с 67-м и 68-м лыжными батальонами, 204-м отдельным гвардейским минометным дивизионом, 141-м отдельным танковым батальоном и другими подразделениями усиления получила задачу, наступая на Пено, овладеть населенными пунктами Переходовец, Пено (лыжники должны были овладеть ст. Соблаго) и выйти на рубеж Заречье, Пено.» Батальон ставился на острие наступления армии. 67-й отдельный лыжный батальон надолго становился его боевым спутником, батальоны часто действовали совместно одним отрядом.
Следует также отметить, что противник также, как и под Старой Руссой, знал о готовящемся наступлении, но ошибся в сроках и направлении удара. 26 декабря противник отмечал в ОС№194 Главного командования сухопутных войск Вермахта
«Б. Группа армий «Центр»:
Есть предположение, что на северном участке фронта ГА в рай­он Осташков — Вышний Волочек по железной дореге вчера при­была 1 стрелковая дивизия, а на грузовиках 2 бригады.

Переброска войск по железной дороге как в направлении разгранлинии между группами армий «Центр» и «Север», так и в на­правлении г. Тихвин, а также подслушанные телефонные разгово­ры между Москвой и Ленинградом и имеющие место слухи позво­ляют предположить подготовку к крупной наступательной операции с Валдайской возвышенности.
Предполагается, что силы восточнее г. Осташков нанесут удар в глубокий фланг 9-й армии, а силы в районе г. Тихвин и южнее про­рвут кольцо окружения и деблокируют Ленинград.
Крупное наступление русских из района г. Осташков в юго-за­падном направлении маловероятно, если принять во внимание не­благоприятные условия местности, время года и число имеющихся и распоряжении боеспособных соединений
 Противник не допускал и мысли, что наступление может начаться еще до полного сосредоточения всех сил, и резервы для парирования нашего наступления вовремя не успели прибыть к месту событий (189-й ПП 81 ПД высадился в Адреанополе 5 января 1942г. на подходе была 218 ПД и 83 ПД). «Наше наступление началось не во второй половине января, как предполагало вражеское командование, а 9 января 1942 г. и было внезапным для противника.» Наступление, начатое до полного сосредоточения войск попросту упредило противника и не дало ему возможности уплотнить оборону, да и с направлением главного удара противник ошибся.

249-я стрелковая дивизия к 10 часам вышла точно в исходный район. Однако части усиления 141-й танковый батальон прибыл лишь в 19 часов 9 января. 204-й отдельный гвардейский минометный дивизион прибыл лишь в 1 час 10 января. 67-й и 68-й лыжные батальоны вышли в указанные им районы тоже с запозданием к исходу дня начала наступления.
Фонд 16 Гв.СД (249 СД) оп.12762сс д.6 Оперсводки
«К 2.00 10.1.42 921 СП на исходном рубеже – опушка леса /1888/ отм. 236,2 /1886/ вышел к 9.00: 925 СП ЮЗ опушка леса /1686/ /1286/ вышел к 10.00: 917 СП ЮЗ опушка леса /1486/ -/1286/ вышел к 10.00.

141 ОТБ и 204 ОМБ в бою за Пено участия не принимали – опоздали из-за заносов. 67 лыжный батальон не прибыл, растянулся на15 км, двое суток без продовольствия, оставлен в Кустынь. 68 ЛБ прибыл с опозданием, в бою за Пено участия не принимал.»
Это явилось результатом того, что лыжники были утомлены трудным двухсуточным маршем без продовольствия. Без отдыха лыжникам пришлось с марша включиться в битву, и постоянно маневрируя и ведя бои, пройти путь до Витебска. Немного отвлекаясь можно сказать, что в воспоминаниях Еременко касательно Торопецкой и Велижской операций, тема продовольствия, точнее его отсутствия упоминается едва ли не на каждой странице. Еременко обвинил в  этом фронтовых интендантов. Северо-Западный Фронт никогда не снабжался вволю, но скорее всего Еременко попросту не смог наладить подвоз продуктов и всего необходимого именно у себя в армии к началу наступления, а потом уже было поздно. Произошло это потому, что в 4-ю ударную вошли в основном свежие формирования, боевые части перебросили на автомашинах, а тылы двигались отдельно и прибыли только в день начала наступления, армейский тыл попросту не смог справиться со снабжением всех частей.
В 10 час. 30 мин., после окончания двухчасовой артиллерийской подготовки, центральная группировка армии (249-я и 332-я стрелковые дивизии) двинулась вперед по глубокому снегу, преодолевая ожесточенное сопротивление противника.
Главные силы 249-й стрелковой дивизии (925-й и 917-й стрелковые полки и 67-й лыжный батальон) наступали на Пено, стремясь охватить его. К вечеру 9 января ликвидировав врага в предполье,  925-й стрелковый полк приблизился к окраине Пено с севера, а два батальона 917-го полка проникли на восточную окраину города, однако из-за сильного огня и контратак противника батальоны пришлось отвести назад.  Городок Пено расположенный в межозерном дефиле был крепким орешком, взять город с налета пехотой было нереально. Только подтянув артиллерию, отставшую из-за снежных заносов, и произведя артиллерийский налет с участием гвардейских минометов, дивизия с рассветом 10 января вновь перешла в атаку на город 925-м стрелковым полком с севера и 917-м стрелковым полком с востока. 67-й лыжный батальон к полудню также вышел на южную окраину города.
Одновременным ударом с трех сторон наши войска сломили сопротивление врага и к 13 часам освободили г Пено. На плечах разбитого разведотряда кавалерийской бригады СС Фегеляйна дивизия к исходу того же дня ворвалась 925-м стрелковым полком в Шеверево, 917-м полком — в Соблаго, 67-м лыжным батальоном (совершив переход до 20 км)— в Лаугу.
Со стороны противника описание этих боев имеет следующий вид
« Двухчасовая артиллерийская подготовка, пехотная атака на поселок Пено силами двух дивизий по грудь в снегу прямо на немецкие пулеметы.
Советские войска взяли Пено на второй день наступления после тяжелых и кровопролитных боев. Красноармейцы сломили сопротивление разведывательного эскадрона кавалерийской бригады СС Фегеляйна. Первая брешь для прорыва Еременко была пробита
Из показаний пленного командира батальона сдавшегося 20 января «особенно тяжелое впечатление произвели на всех солдат остатки разведывательного батальона СС, отступавшего из Пено. Никто из нас не мог себе даже представить, что немецкая воинская часть может так панически бежать. Однако через два дня нас постигла та же участь»
Как видно из описания полностью перекрыть пути отхода отступающим частям противника не удалось, но потрепали хорошо, благодаря организованному преследованию противник не смог закрепиться в Соблаго в 6 км от Пено и далее, и вероятно даже не пытался. Привести в относительный порядок части СС смогли только в Адреанополе. Также следует отметить маленький штрих немецкая кавалерия отступала к  Адреанополю и к Селижарову т.е по расходящимся направлениям, и второе атака на Пенно началась в 10-00 в 13-00 город пал, при этом трофеи не впечатляют - захвачено 10 орудий 75 и 45 мм, огромного перечня  стрелкового оружия и лошадей не наблюдается. Похоже кавалеристы понесли большие потери и  просто очень быстро драпанули, причем в разные стороны,  не желая испытывать судьбу. Немцы тоже не питали иллюзий относительно боевой ценности этого подразделения - во время последующих боев с частями 29 и 39 А на Ржевском направлении - отмечалось, что бригада успешно воевала только против местного населения. К концу января, когда бригаду выводили в район Нелидова, отмечалось, что бригада за январь потеряла 35% своего личного состава, разведэскадрон значился как практически полностью уничтоженный.
По оценке Еременко в результате первых двух дней наступления был прорван основной оборонительный рубеж неприятеля на главном направлении и занят г. Пено — важный узел обороны гитлеровцев в межозерном дефиле, являвшийся связующим звеном между 16-й и 9-й немецкими армиями. За два дня боев на главном направлении мы продвинулись на 27 км и уничтожили свыше 500 солдат и офицеров противника, взяли много пленных, захватили 12 орудий, несколько складов с боеприпасами, вещевым имуществом и продовольствием.
249-я и 332-я стрелковые дивизии наступали на Андреаполь, преследуя отходящего противника.
10 января в истории 68 ОЛБ есть белое пятно, с одной стороны батальон на передовую, так и не вышел, отстал, с другой батальон вел бой, в полосе 925 СП. О бое известно из наградных листов на трех лыжников 68 ОЛБ.
Сержанта Абызова Алексея Ивановича – наводчика миномета «В бою под Пено 10 января 1942г минометным огнем уничтожил 20 человек немцев»
Санинструктора Терехова Анатолия федоровича - «В бою под Пено 10 января 1942г смело ходил в атаку против врага. Уничтожив при этом  несколько фашистов. За время боя вынес с поля боя 12 бойцов с их личным оружием»
Красноармейца Свидерского Василия Николаевича – командира отделения - «В бою под Пено 10 января 1942г умело руководил своим отделением. Лично убил двух офицеров и 6 солдат противника».
С наградными есть странность - все трое воевали на Калининском фронте с сентября 1941г (а батальоны только сформированы и прибыли на фронт). все трое представлены к наградам командиром 925 СП, и пока это единственные известные лыжники 68 (да и 67) ОЛБ награжденные за Торопецко- Холмскую и Велижскую наступательные операции. Впрочем часть лыжников 67 и 68 ОЛБ командир 249 СД своим приказом включил в состав своей дивизии, награжденные могли быть из числа именно  тех лыжников которые стали стрелками 249 СД.
Возможно, батальон вел бой в своем тылу с какой то группой окруженного противника или в бою участвовала только часть батальона которая успела подойти к Пенно.
11 января шло продвижение к Адреанополю. Противник, сосредоточивая небольшие гарнизоны в населенных пунктах на пути движения ударной группировки армии, стремился задержать продвижение наших войск. Одновременно он выдвинул свежие части из района Андреаполя (189 ПП 81 ПД) и стал создавать оборонительный рубеж на подступах к городу в районе ст. Охват, Луги, Голенищево, стремясь выиграть время для усиления обороны Андреаполя и подтягивания резервов из глубины. 68 ОЛБ находился в районе н п Тиницы  в резерве.
12 января начались бои со 189 ПП, 925 полк наступал в лоб, лыжные батальоны, перейдя оз. Охват действовали в немецком тылу, перерезая железную и шоссейные дороги между Адреанополем и ст. Охват, и Охват-Луги. Понятно, что плотного кольца создать было нельзя, действия больше носили характер нападения на обозы.
Из оперсводки 249 СД
«925 СП в течении дня 12.1.42 наступал в направлении Охват-Жаберо. Ночью на 12.1.42 боем преодолевая упорное сопротивление уничтожил боевое охранение противника в Лауга к 2.00 на южной окраине Охват.»
т.е дивизия отрывалась от лыжников на сутки пути. 67 лыжный батальон занял Лаугу к исходу 10.01.42, 925 СП занял Лаугу в ночь на 11.01.42.
Оперсводка 249 СД
«925 СП С 8.30 13.1.42 отразил 3 контратаки.

917 СП к 13.00 12.1.42 достиг Охват, к утру 13.1. вышел в район Луги. 67 и 68 лыжбат в движении. Потери за 11-12 убиты 64, ранены 115 б\в 6, температура – 26»
О движении лыжных батальонов не совсем понятно, маршрут не указан, вероятно, батальоны вели рейды по тылам противника и сообщить о точном местонахождении не было возможности.
249-я стрелковая дивизия 13 января уничтожила в Охвате гарнизон противника, овладела населенным пунктом и железнодорожной станцией. Гитлеровцы, однако, еще удерживали западную окраину этого населенного пункта, а также район Величково, Луги, Голенищево. Еременко принял правильное решение оставив один полк 249-й стрелковой дивизии в районе Охвата, остальными ее частями и лыжными батальонами ночным маршем лесом, по бездорожью, выйти в район Андреаполя и внезапно захватить его. 332-й стрелковой дивизии было приказано ликвидировать в это время в районе Величково, Луги, Голенищево 189-й пехотный полк и приданные ему батальоны.
Оперсводка 249 СД
"14.1.42 штаб Лауга. 1/925 СП ведёт бой за Охват. В течении ночи отразили 3 контратаки противника, 2 батальон на марше Охват-Жаберо-Залозье (вероятнее Загозье) к 11.30 14.1.42 достиг Жаберо.

67 и 68 лыжбат – Верховье."
С немецкой стороны эти бои выглядели следующим образом.
«. Путь к запасам продовольствия Тарасову преградил поспешно переброшенный к Андреаполю силезский 189-й пехотный полк под командованием полковника Хохмайера. Полк, входивший в состав 81-й пехотной дивизии, усилили 2-м дивизионом 181-го артиллерийского полка, а также саперной ротой и несколькими тыловыми подразделениями.
Трагедия силезцев и судетских немцев из 189-го пехотного полка разыгрывалась между железнодорожной станцией Охват и селами Луги, Величково и Лауга. Лишь несколько человек осталось в живых после кровавой битвы с гвардейцами Еременко в метровой глубины снегу в 46-градусный мороз. Один из немногих уцелевших военнослужащих 189-го, способных поведать о геройстве полка, - обер-лейтенант Эрих Шлёссер, участвовавший в боях перед Андреаполем, будучи еще унтер-офицером 3-й роты.
81-я пехотная дивизия, в которую входил 189-й пехотный полк, прошла Французскую кампанию без сколь-либо заметных потерь. Перед Рождеством 1941 г. дивизия стояла, расквартированная по Атлантическому побережью, где солдаты наслаждались службой.
22 декабря 1941 г. пришел приказ собираться в дорогу. 23 декабря роты погрузились в воинские эшелоны. Казалось, путешествие не будет долгим. Им не выдали доппайков и зимнего обмундирования. Они не получили ни нового вооружения, ни снаряжения.
Никто не верил слухам, расползавшимся по вагонам из штаба полка: "Мы едем в Россию - на Восточный фронт!"
Убаюкивающе постукивали на стыках колеса поезда, следовавшего на восток через Францию. Солдаты встретили Сочельник на соломе в товарных вагонах. Они начинали замерзать в своих легких шинельках. А эшелон все шел - через Германию, через Польшу. В Варшаве им выдали продовольственные пайки. Следующую остановку поезд сделал в Белоруссии, в Минске. Было 25 градусов мороза, и холод гулял по вагонам. Железные печки раскалялись докрасна, но солдаты все равно замерзали.
Через тринадцать дней непрерывной дороги, 5 января 1942 г., эшелеон прибыл к месту назначения на станцию Андреаполь и высадился в метровой глубины снег при температуре 30 градусов ниже нуля. На весь полк не было ни единой зимней шинели. Не было ни одной шапки и наушников для защиты от холода. Не успев еще понять, что происходит, многие отморозили пальцы ног и уши.
Вот запись в журнале 2-го корпуса: "Неподготовленность полка к зиме не поддается никакому описанию". Но прежде чем корпусное начальство успело снабдить полк, численность которого не превышала 3000 человек, самым необходимым, его пришлось бросить в бой против гвардейцев Еременко - полков 249-й стрелковой дивизии, которые рвались через брешь в районе Пено на юго-запад к Андреаполю. Советские  лыжные   батальоны  уже пересекали озеро Охват.
Полковник Хохмайер послал им навстречу свои батальоны. Под его начало передали 3-ю инженерную роту 181-го полка.
1-й батальон 189-го пехотного полка, усиленный батареей 181-го артиллерийского полка, прибыл в село и на станцию Охват в одно и то же время с русскими передовыми подразделениями. Русские захватили восточную окраину поселка, а 3-я рота капитана Линденталя прочно закрепилась на западной. Командование советской 249-й стрелковой дивизии послало в бой 925-й полк - сибиряков, атаковавших по льду озера с криками "Ура!". Хохмайер со своей стороны перебросил к Охвату 3-й батальон.
У железнодорожной насыпи капитан Нойманн пытался отразить атаку русских своей 11-й ротой и помочь 1-му батальону в Охвате. Русских надо было остановить, хотя бы на время задержать, чтобы успеть образовать оборонительный рубеж в широкой бреши между Двиной и Волгой. Если это не удастся, советские дивизии достигнут цели - выйдут к Витебску и Смоленску, а также к автомагистрали, чтобы соединиться со своими армиями, атакующими с юга, и захлопнуть ловушку вокруг группы армий "Центр".
Унтер-офицер Мациоль со своим взводом находился на позициях на юго-западной окраине Охвата.
– Танки! - закричал, ворвавшись в избу, обер-ефрейтор Густав Пракса. - Все наружу!
У въезда в село появился первый легкий T-60. За ним следовали другие: третий, четвертый - всего восемь. Это была боевая группа советского 141-го танкового батальона.
Танки открыли огонь по домам. С крыш полетели клочья соломы, обнажились стропила. Совершенно ясно, что танкисты стремились уничтожить все, что могло бы служить немцам укрытием от холода. Обычный прием русских.
Мациоль, Пракса и унтер-офицер Мюллер, командовавший 1-м отделением, лежали за углом дома. Вражеский танк на дальнем конце широкой сельской улицы поливал дорогу из пулемета, поднимая фонтанчики снега возле трех немецких солдат.
– Если они прорвутся тут, то расстреляют наши грузовики снабжения и двинутся на Андреаполь, - проговорил Мациоль с акцентом, выдававшим в нем уроженца Силезии, а затем сказал как о решенном: - Мы должны разделать их гранатами.
Мюллер и Пракса все поняли. Не гнущимися от мороза пальцами они достали гранаты. Тем временем первый T-60 проскрежетал гусеницами мимо избы.
Пришел черед Мюллера. Он вскочил на ноги, подбежал к танку и запрыгнул на корму. Схватился за ручку люка и рывком открыл его. Держа его левой рукой, правой он достал похожую на яйцо гранату, зубами выдернул чеку, хладнокровно выждал две секунды и швырнул ее в боевое отделение танка. Затем спрыгнул на снег. Грохот. Столб пламени.
Второй танк остановился. Люк открылся. Русские хотели рассмотреть, что же происходит впереди. Мациоль успел достать пистолет, прицелиться и выстрелить. Пуля попала в цель. Русский рухнул в башню. А Мюллер уже вскочил на танк и бросил гранату с длинной рукояткой в так и оставшийся открытым люк.
Черный дым, валивший из двух танков, застилал дорогу. Точно призрак, появился из этого дыма третий танк. Водитель поспешил сдать назад, но машина застряла в снегу.
Обер-ефрейтор Пракса запрыгнул на броню и попытался открыть люк башни, но не смог. Однако в тот момент русский стрелок (он же и командир) начал открывать его изнутри, чтобы осмотреться. Заметив Праксу, он поспешил юркнуть обратно, но граната скатилась внутрь раньше, чем захлопнулся люк.
Видя, что произошло с головными машинами их боевой группы, остальные пять советских танков, пробиравшихся через глубокий снег, развернулись на широкой улице села и покатили в обратном направлении.
В сумерках сибиряки из 925-го стрелкового полка пришли вновь. На сей раз для их поддержки генерал Тарасов развернул 1117 и 1119-й стрелковые полки 332-й стрелковой дивизии. Противник серьезно потрепал 1-й батальон подполковника Проске. 11-й роте капитана Нойманна, сражавшейся у железнодорожной насыпи, пришлось сдать позиции.
В ночь с 12 на 13 января столбик термометра упал до отметки 42 градуса. В каждой роте по причине обморожения вышло из строя от двадцати до тридцати человек.
К утру средняя численность боевого личного состава в немецких ротах сократилась до пятидесяти-шестидесяти стволов легкого стрелкового оружия. На участке 1-го батальона уцелело всего три крестьянских избы, в которых солдаты могли хоть чуть-чуть обогреться после боя или караула. Лошади ночевали под открытым небом. Животные тряслись от холода, тараща полубезумные глаза.
Еременко пришел в ярость, узнав, что всего один полк сдерживает продвижение его частей на Андреаполь и Торопец, лишая его доступа к вожделенной базе снабжения. Поэтому он приказал 249 и 332-й стрелковым дивизиям обойти немцев. 14 января русские ударили в тыл 189-му полку. Они разнесли в пух и прах колонны тылового обеспечения в районе Луги и Величкова. Заблокировали пути поступления всего необходимого. Разгромили перевязочные пункты и полевые госпитали. Захлопнули ловушку.
В 18.00 полковник Хохмайер приказал прорвать кольцо окружения. На внезапную сосредоточенную артподготовку - обстрел Величкова и Луги - ушли последние артиллерийские снаряды. Затем пехота атаковала. Было 15 января. С одиннадцатого числа солдаты не имели возможности выспаться и только дважды получали горячую пищу.
1-й батальон отбил у неприятеля Луги. Советские контратаки с применением танков остановил на окраине села лейтенант Клаузинг. Только никак не удавалось сбить засевшего на церкви русского пулеметчика, блокировавшего дорогу. Одной из жертв огневой точки пал лейтенант Гебхардт. Взвод его был расстрелян.
По сей день оставшийся безымянным ефрейтор пробрался через разрушенный фасад здания, забрался на хоры и тремя ручными гранатами прикончил пулеметчика.
Но взять Величково оказалось невозможным. Противник прижал огнем усиленный 2-й батальон и медленно, но верно уничтожил его.
К 16 января от 189-го пехотного полка остались лишь жалкие крохи. Русские вновь ворвались в Луги силами пяти танков, разгромили санную колонну полка, блокировали железнодорожную насыпь и вышли к Андреаполю.
Полковник Хохмайер дал батальонам свободу действий на попытку самостоятельного прорыва к Торопцу через леса. Это означало марш длиной не менее 50 км. Сам полковник верхом отправился на рекогносцировку. Как оказалось - в никуда. Он так и не возвратился, найдя свою смерть где-то на заснеженных полях за Андреаполем, как и большинство солдат из его полка. Хохмайеру посмертно присвоили звание генерал-майора.
Подполковник Проске тоже верхом вместе с двумя офицерами отправился на поиски пути, чтобы вывести из окружения часть. Никто из них не вернулся.
Малыми боевыми группами офицеры и унтер-офицеры пытались войти в леса через глубокий снег. Но лишь одному подразделению 1-го батальона удалось одолеть страшную дорогу к Торопцу. В путь отправилось 160 человек. Сорока из них удалось к 18 января добраться до цели
Если посмотреть на точку зрения противника то видны интересные моменты. Как всегда виноват мороз 12 и 13 января -42 С. 12 января в 249 СД 4 УА зафиксировали -26 С. Ну да это так мелкие штрихи. Интересно другое, противник не смог организовать воздушного моста для переброски подкреплений,  боеприпасов, для снабжения полка (Тот же Взвад обороняли меньшие силы, но на заранее подготовленных позициях, с запасами боеприпасов и продовольствия,  по воздушному мосту доставляли от боеприпасов до железных крестов и посланий коменданту Взвада «фюрер лично следит за Вами»). Практически нет упоминаний о  действиях немецкой артиллерии. У притивника даже нет точных данных о потерях, Карель попросту цифры потерь взял у Еременко, что может говорить о быстрой потере связи полка с вышестоящими штабами.  Вывод прост, без воздушного моста и с надежно закрытыми наземными коммуникациями, без пополнений живой силой и боеприпасами, без четкого руководства сверху, никто особо воевать не может. Да и полк сопротивлялся, по сути, до тех пор, пока не подошла артиллерия двух дивизий, после чего оборону взломали, более того, 249 СД прикрывшись заслонами пошла вперед и появилась в Адреаполе внезапно. Рекогносцировка командира полка в одиночку и его приказ о «свободе действий» командирам батальонов, больше похоже на «спасайся кто как может», с подачей примера самим командиром полка.
Также можно отметить, что противник просто переоценил свои возможности, и допустил оперативный просчет, пытаясь выстроить одним полком заслон перед двумя дивизиями, вне крупного населенного пункта. Противник допустил ошибку выдвинув полк из Адреаполя вперед, в городе,  имея запасы продовольствия, оружия, боеприпасов, среди каменных зданий, противник имел все шансы превратить Адреаполь во второй Холм, перехватив все пути на Торопец.  Противник ошибся и Еременко это мгновенно использовал, сковав полк и быстро продвинув вперед 249 СД. Андркаполь пал 16 января одновременно с уничтожением окруженных частей противника.


Интересно отметить, что у противника в этих боях участвовали и немецкие лыжники. Из описания подвига Половченя «Форсировав по льду озеро Охват танкисты атаковали одноименную деревню. Т-34 капитана Половчени (командир танка мл. лейтенант И.Л. Гольцман, механик-водитель сержант Н.Ф. Пушкарский, башенный стрелок сержант В.Я. Бондаренко) вырвался вперед, отрезав  пути для отхода противника и обеспечив дальнейший успех наступления. В ходе дальнейшего продвижения командованием было принято решение о ночной атаке села Луги, где располагался немецкий полк. В азарте боя танк капитана Половчени в одиночку ворвался в деревню. Действуя пушкой, пулемётом и гусеницами экипаж уничтожил 2 противотанковых орудия, 6 миномётов, 3 станковых пулемёта. Два батальона вражеской пехоты были обращены в бегство. Танк Половчени устремился дальше на Андреаполь, смяв отступающую колонну немцев. Дорога шла как бы в ущелье между 2-метровыми снежными стенами и в сторону было не выскочить.  На этом шоссе были раздавлены танком 97 повозок и несколько автомобилей, уничтожено до 200 гитлеровцев. В конце концов немецкому орудию удалось повредить советский танк. Пока экипаж занимался починкой, его окружили немцы, затянув брезентом смотровые щели и приборы. Тогда капитан Половченя приказал двигаться вслепую, гитлеровцы попрыгали с танка, напоследок набросив на моторную часть пропитанный бензином горящий брезент. Отъехав подальше, командир покинул танк и сбросил горящий брезент, при этом его захватили в плен подоспевшие к стоящему танку гитлеровцы. Экипаж вступил в рукопашную схватку, отбил командира и даже захватил в плен одного из немцев. Развернувшись, танк вернулся в село Луги, рассеяв по дороге роту немецких лыжников, и помог пехотинцам подавить последние очаги сопротивления. В ходе развивающегося наступления наши войска продвинулись к Андреаполю. Капитан Половченя получил приказ двумя танками прорваться к железнодорожной станции и блокировать ее.  При форсировании речки Городня танк Гавриила Антоновича гусеницами провалился под лёд. Отправив другой танк выполнять задание, капитан Половченя со своим экипажем остался в танке ждать подхода частей Красной Армии. Однако немцы заметили застрявший в реке танк. Посчитав, что машина брошена экипажем, немцы подогнали тягач и отбуксировали тридцатьчетвёрку в Андреаполь.  В пять часов утра 16 января экипаж «трофейного» танка пошёл на прорыв. В ходе боя экипажем было уничтожено 12 орудий, 30 автомобилей с боеприпасами и военными грузами и более 20 солдат и офицеров противника. Но самое главное, дезорганизованные немцы не сумели оказать сопротивление подошедшим частям Красной Армии, и в тот же день город был полностью освобождён.»
О немецких лыжниках, так же вспоминают и жители деревень в Торопецком районе. Отмечая, что немецкие лыжники хорошо экипированные, в белых маскхалатах, периодически заходили в деревни.
Можно предположить, что один из немецких истребительных лыжных батальонов (несколько десятков таких лыжных батальонов были спешно сформированы в начале декабря 1941г и переброшены в группу армий «Центр»), в районе Торопца вел борьбу против партизан, а затем прибыл в Адреаполь.  


249-я стрелковая дивизия, двигаясь лесами, за одни сутки (14 января) подошла к Андреаполю с тыла. К рассвету 15 января она сосредоточилась на непосредственных подступах к городу. После 20-минутной артиллерийской подготовки дивизия при поддержке 141-го танкового батальона с фронта и вдоль дороги Пено — Андреаполь начала атаку города одновременно с запада, севера и северо-запада. В течение дня 15 января части дивизии полностью окружили противника в Андреаполе и, захватив северную часть города, вокзал, соседние населенные пункты Раменье, Борок,  Роженка и подступы к юго-западной окраине города, отрезали неприятелю пути отхода.
Гитлеровцы оказали яростное сопротивление, завязав упорные уличные бои. Особенно фанатично оборонялись они в южной части города.
В 17.30 16 января после ожесточенных боев Андреаполь был полностью очищен от противника. Оборонявшиеся там разрозненные части 253-й пехотной дивизии, остатки 189-го пехотного полка 81-й пехотной дивизии и другие подразделения были уничтожены. Наши войска захватили в городе огромные склады продовольствия, фуража, боеприпасов и горючего. Ключевую роль в захвате складов сыграли лыжные батальоны.
Охрана пыталась поджечь складские помещения, но бойцы лыжных батальонов, проникшие в этот район еще до начала общей атаки, пресекли эти попытки, и сохранили склады.
Далее дивизии опять пришлось быстрым маршем двигаться к Торопцу.
О характере боев передовых частей в районе Адреаполя на пути к Торопцу можно судить по рассказам местных жителей.
«"На окраине г. Андреаполя и сейчас можно видеть старую, очень высокую кирпичную трубу. Не многие знают, почему ее верхняя часть повреждена. А дело было так: Когда наши войска стали подходить к городу (тогда поселок), на этой самой трубе разместились немецкие снайперы. Многие наши солдаты полегли от их пуль. Тогда было принято решение подкатить на этот участок пушку, из которой позиция снайперов была успешно обстреляна. С тех пор эта труба и стоит с повреждениями на самой макушке. Мы тогда жили в д. Синичино, и я отлично помню отступающих немцев. … Дорога через Синичино являлась основной для продвижения наших войск на Великие Луки, и бои там имели очень большое значение. После взятия нашими Андреаполя, немцы попали в настоящую ловушку, они не знали куда бежать и полезли в Лебединские болота. Там, со всеми своими конями, повозками, застряли и стали пытаться группами из них выйти. Одна группа вышла к д. Козлово, а другая - в Корниловку. В Козлово ими была занята оборонительная позиция, установлены пулеметы. Когда к деревне подошел наш отряд, для разведки обстановки туда были посланы трое красноармейцев. На их вопрос о немцах одна из местных жительниц, Либерт Мария, которая сочувствовала фашистам, ответила, что никого здесь нет. Когда отряду было доложено, что немцев в деревне нет, его бойцы спокойно выдвинулись и… попали под шквальный обстрел. Погибли почти все, больше 20-ти человек. Они похоронены в братской могиле, которая и сейчас находится перед въездом в деревню. По рассказам, в живых остался лишь один, который притворился мертвым. Когда немцы стали искать выживших, а делали они это сильным ударом между ног, он стерпел и не подал признаков жизни. В Корниловку пришло всего 5 или 6 немцев, но они были такими замерзшими, что сразу вошли в избу Татьяны Васильевны Зайцевой и решили там обогреться и "перекусить". Когда подошли наши, на их вопрос о немцах  был получен ответ: "У нас, кушают сидят". Тогда хозяйке сказали: "Выводи потихонечку из избы всех своих". После этого дом был закидан гранатами и немцев уничтожили. Потом их трупы лежали около близлежайшего родника (он и сейчас есть) до самой весны, когда их похоронили. О том, как появились в деревне немцы, вспоминает моя сестра, Александра Ефимовна Головко :
"Немцы пытались выбраться из Лебединских болот к дороге, ведущую на Великие Луки. Так как местность они не знали, то взяли с собой проводника, местного парнишку по имени Андрей. В лесу мальчишка сбежал от них, спрыгнул в глубокий овраг и забился в сугроб. Немцы стреляли ему вслед, но промахнулись, а местный "Иван Сусанин", просидев там до самого вечера, наконец отважился выбраться и пришел в родное село. На улице стоял сильный мороз и он, естественно, сильно обморозился. Через несколько дней парень умер. К сожалению, сейчас никто не помнит, как была его фамилия и в какой деревне жил".
Теперь о том, как освобождалась д. Синичино. Наши заняли господствующую высоту у кладбища, на левом берегу Западной Двины (Синичино на правом), где устроили наблюдательный пункт, а немцы окопались в деревне. Бой был страшный. Мы с матерью в это время сидели под полом и нас - детей, женщины прикрывали своими телами. Лишь изредка кто-нибудь из взрослых выглядывал наружу и сообщал остальным о происходящем. Был момент, когда в избу ворвался наш солдат с гранатой в руках и крикнул: "Немцы есть?", на что ему стали кричать, что нет. Когда он стал выбегать обратно на улицу, то прямо на крыльце был убит шальной пулей. Противник был атакован с двух сторон: со стороны кладбища, у д. Козлово и со стороны реки, с места, где она делает петлю. Деревня Никитяево, которая располагалась недалеко от Синичино, на горочке, была полностью уничтожена и прекратила свое существование именно после этих событий. В конечном итоге, ценой огромных человеческих потерь, немцы были уничтожены, а дорога на Торопец и Великие Луки стала свободна для дальнейшего продвижения наших войск.
»
18 января часть лыжников забрали для пополнения 249 СД, такой шаг был вполне понятен, так как дивизия понесла очень большие потери еще в осенних боях, понесли потери в боях за Пенно и Адреанополь. Из ЖБД 4УА «67 и 68 ЛБ в Андреаполь производят переформирование, выделяя часть личного состава в стрелковые подразделения.»
19 января пополненная дивизия вышла к Торопцу. В этот же день 68 ОЛБ совместно с 67 ОЛБ вышли в рейд для захвата ст Старая Торопа. Из ЖБД 4УА «Для захвата Стар. Торопа высланы 67 и 68 ЛБ. Потери: убитых 0, раненых 8 (предварительный подсчет).» Атака Торопца началась 20 января. Сложность была еще и в том, что противник все еще перебрасывал подкрепления в Адреанополь и мог нанести удар по дивизии еще и с востока.  Приходилось выставлять заслоны со всех сторон. Услышав у себя в тылу шум боя, части и подразделения гитлеровцев бросились назад, стремясь возвратиться в Торопец, но не смогли этого сделать. Еременко отмечает «При этом 5-я рота 591-го батальона 85-го пехотного полка 403-й пехотной дивизии в составе более семидесяти человек во главе с командиром обер-лейтенантом Конрадом сдалась в плен, что случалось в то время крайне редко и говорило о симптомах серьезного упадка морального состояния войск противника.», на мой взгляд поставленный силой оружия в безвыходное положение противник сдается в плен намного охотнее.  Но лыжным батальонам была поставлена другая задача, 249 СД имела задачу захватить ст Старая Торопа. 67-й и 68-й лыжные батальоны были посланы для захвата ст. Старая Торопа. В ночь на 21 января, проделав 60-километровый марш, лыжный отряд окружил Старую Торопу. Оставив у шоссе южнее станции охранение, главные силы сосредоточились восточнее поселка. После этого один взвод проник в поселок с севера по торопецкой дороге. Гитлеровцы приняли лыжников этого взвода за разведку и решили без долгих размышлений уничтожить ее одним ударом, бросив все силы, за исключением охраны лагеря военнопленных. В это время наши главные силы, наблюдая за действиями противника, неожиданно ударили ему в тыл и разгромили гарнизон Старой Торопы. Немцы пытавшиеся бежать из Старой Торопы на юг, попали в засаду и были перебиты.
К утру 21 января лыжники захватили станцию и поселок Старая Торопа. Сопротивление в станции и поселке оказала лишь группа эсэсовцев — охрана лагеря военнопленных, но к полудню была уничтожена. В итоге этого дерзкого и слаженного удара отряд лыжников выполнил свою задачу — перерезал путь отхода торопецкой группировке на юг.
Противник оставил на поле боя 100 трупов. Наши войска освободили 400 пленных советских воинов. Было захвачено несколько вагонов продовольствия, 25 вагонов с имуществом и другие трофеи. По некоторым данным в бою за станцию Старая Торопа были полностью уничтожены рота 512 железнодорожного полка и рота полиции охранявшая лагерь военнопленных.
Из ЖБД 4УА «67 и 68 ЛБ к 9.30 21.01.1942г. овладели Стар. Торопа.
67 и 68 ЛБ после 70 км. марша на лыжах стремительным ударом атаковали Стар. Торопа. Противник численностью до 400 чел. (подразделения «СС») был захвачен врасплох и, после некоторого беспорядочного сопротивления, бежал в панике на Ильино, оставив до 100 чел.убитыми. Вся операция по захвату Стар.Торопа была закончена к 12.00 (час.) 21.01.1942г. Главным узлом сопротивления противника был лагерь военнопленных в районе Вокзала. Потери ЛБ: убитыми 7 ч., ранено 19. Трофеи в Стар. Торопа: вагонов с продовольствием - 3, вагонов с имуществом - 25, платформ - 47, автомашин - 90, лошадей - 400, орудий - 2, мотоциклов - 7, пулеметов - 3, винтовок - 90, автоматов - 5, велосипедов - 23 и другое имущество.
Освобожден лагерь военнопленных до 400 чел
21 января наши войска полностью овладели г. Торопец. С захватом Торопца и выходом 4-й ударной армии на рубеж Старая Торопа, Западная Двина Торопецкая операция, по сути дела, закончилась. В ходе этой операции 4-я ударная армия глубоко вклинилась в оборону противника и уничтожила его ближайшие резервы. Задача, поставленная армии приказом Северо-Западного фронта, была выполнена в установленный срок. В ходе 13-дневных боев в исключительно трудных условиях суровой зимы, условиях бездорожья и снежных заносов, под непрерывным воздействием авиации противника и при постоянной угрозе быть окруженной в результате отставания соседей, армия прорвала оборонительную полосу противника, разгромила его ближайшие оперативные резервы и, преследуя остатки разгромленных частей неприятеля, прошла с боями  в направлении главного удара и на правом фланге 140 — 150 км за 11 дней, что составляет в среднем 13 — 14 км в сутки.
Выйдя на железную дорогу Великие Луки — Ржев, войска 4-й ударной армии перерезали коммуникации ржевской и оленинской группировок врага.
Отдельной строкой надо выделить следующие результаты Торопецкой операции - своими действиями 4 УА помогла 22 армии занять Селижарово, и создать коридор к 29,39 армиям и 11 КК, благодаря чему они могли веси бои до июля 1942 года.
В городе Торопец были сосредоточены гигантские  запасы продовольствия, фуража, боеприпасов, ГСМ группы армий "Север" - запасы противник создал для наступления группы армий "Север" осенью 1941 года. Наступление не получило успеха  бойцы и командиры Северо-Западного фронта стояли насмерть не уступая ни метра своих позиций. Единственное место где противник смог продвинуться на восток в рамках этого наступления, это захват Тихвина.
В результате нашего наступления эти запасы достались Красной Армии.
К утру 22 января сложилась следующая обстановка. Противник, сосредоточивая в районе Витебска новые силы, имел целью задержать продвижение частей армии и организовать оборону на рубеже Велиж, Демидов, чтобы преградить нам путь на Витебск, Рудню. Велись оборонительные работы в районах Велижа, Витебска, Демидова, Рудни и в других. Враг боялся потерять рокады Невель — Велиж, Демидов — Духовщина — Ярцево и Витебск — Смоленск. Резервы перебрасывались сюда из глубокого тыла. К Витебску добежали и остатки 416 ПП 123 ПД.
Во второй половине января в Витебске начала выгружаться свежая 83-я пехотная дивизия. Из района Лиозно, Рудня в район Демидова выдвигалась 330-я пехотная дивизия. Кроме этой дивизии, в район Рудни и Витебска подходили еще две новые дивизии. Усиливалась оборона и в районе Великих Лук. Стремясь во что бы то ни стало остановить или задержать наше продвижение, противник привлек большое количество авиации, которая проявляла особую активность на главном направлении Торопец, Велиж.
Противник также начал активизироваться на флангах. Немецкий контрудар под Ржевом, лишил 4 ударную армию резервов - 155 и 158 СД были срочно перенаправлены к Оленино - Нелидово и в 4 УА не прибыли.
Немецкий контрудар на Торопец последовал правда позже 30 января, но к счастью для 4 УА, контрудар был отбит частями 3 УА. 
В таких условиях началась Велижская наступательная операция.
249-я стрелковая дивизия, сыгравшая главную роль в Торопецкой операции, теперь находилась в армейском резерве и приводила себя в порядок. Она перемещалась с левого фланга армии на правый в район Лосочи. Лыжные батальоны получили небольшой «отдых» в Старой Торопе. Из ЖБД 4УА «67 и 68 ЛБ в Стар. Торопа приводят себя в порядок и очищают от противника прилегающие районы к Ст. Торопа.»



249-й стрелковой дивизии, 51-й бригаде и лыжным батальонам требовалось наступать на Витебск и с ходу овладеть им.
Согласно Еременко командир дивизии генерал-майор Г. Ф. Тарасов, выполняя поставленную задачу, приказал приданной ему 51-й стрелковой бригаде взять Сураж, а 249-й стрелковой дивизии — овладеть Витебском. Далее совершил марш к Витебску до 3 февраля, но взять его не смог. «Двигаясь по лесам без особой разведки, 249-я стрелковая дивизия не заметила выдвижения 277-го полка противника, выгрузившегося в Витебске, на Сураж в тыл дивизии. Когда об этом стало известно командованию армии, 249-й стрелковой дивизии было приказано прекратить движение на Витебск. Но командир дивизии не смог своевременно получить этого приказа и продолжал движение.
Передовые части дивизии 3 февраля обнаружили развернутые дивизии противника на окраине Витебска. Тарасов прекратил движение, чтобы разобраться в обстановке. Только теперь он получил, наконец, мой приказ о прекращении движения на Витебск. Командир дивизии решил быстро оторваться от противника. Это ему удалось, и к утру 5 февраля дивизия вышла в район Островков (западнее Суража).»
(ЦАМО РФ, фонд 16 гв.сд, опись 1, дело 25):
«31.1.42 г. 249-я ударная стрелковая дивизия со 141-м отдельным танковым батальоном, 109-м отдельным гвардейским миномётным дивизионом реактивной артиллерии, 67-м и 68-м лыжными батальонами, 51-й стрелковой бригадой сосредоточились в районе Суража.
К утру 1.2.42г. части дивизии вышли:
       921 сп - Захаренки, Сазанки, Сопраны, Пунище
       925 сп - в районе Моржаки, Крюки, Островские
       917 сп - Селище, Стескино, Храпаки
       67 лыж. бат. - в районе Лунки
       68 лыж. бат. - в районе Лемница

       К утру 2.2.42 г. части дивизии вышли на рубеж Терешки-Сеньково-Трегубцы.
       925сп - Верховье, колхоз Колос.
       917 сп - Трегубцы
       67 лыж. бат. - Лужесно
       68 лыж. бат. - Хмары
       Убито - 5 чел., ранено - 26 чел.
       3.2.42 г. - Передовые части противника ведут бой на рубеже Лужесно-Тетёрки-Совари в районе Суража.
       К 24-00 925 сп - Лужесно, Михеево, Букатино, Ризы
       917 сп - Тетёрки
       921 сп - Койтово, Железняки
       51 стрелоквая бригада ведёт бой за Сураж, Бондарево, Прудники, Лемница.
       792 ап - Шлыки
       67 лб - Верховье
       68лб - резерв - Красный Двор
       К 3-00 истребив до 300 немцев, дивизия овладела Букатино, Михеево, Учхоз.
       В 12-00 925сп вёл бой в районе Косолапиха с группой противника (до 500 чел), пытавшейся обойти полк с северо-запада.
      Противник отошёл на 300-400 м западнее Косолапихи.
       Убито - 18 чел., ранено - 51 чел.
       917 сп вёл бой в районе Тетёрки. Убито - 3 чел., ранено - 9 чел.
       921 сп вёл бой в районе Савари - потери уточняются.
       3.2.42г - части дивизии вышли в район Хотоля-Островские-Харитоновщина-Захаренки-Будница.
4.2.42 г. 925-й стрелковый полк - к 20.00 час. 3.2.1942 года – под сильным воздействием превосходящих сил противника, отошёл на север, оставив Лужесно (Учхоз), и 4.02.1942 года вышел в район Авдеевичи, Сеньково, Ковали, где повёл наступление на Белыновичи. Противник атаковал Белыновичи. Полк отошёл к Сеньково, где ведёт огневой бой.
Уничтожено до 100 солдат и офицеров противника.
Потери дивизии: убито и ранено до 150 человек.»
67 и 68 ЛБ к утру 5.02 были сосредоточены в н.п. Хотоля.
6.2.42 г. 917-й стрелковый полк - ведёт наступление на юго-восточную окраину м. Сураж (300м восточнее Суража), 51-я стрелковая бригада - наступает с северо-восточной окраины Суража»
Если смотреть по строкам документов то получается 249 СД с лыжниками вышла к Витебску 3 февраля (68 ОЛБ в д. Хмары), по параллельной дороге севернее шоссе Сурож- Витебск, О штурме Витебска в документах нет ни слова, но по данным местных историков опирающимся на воспоминания местных жителей, передовые отряды(вероятнее всего один из лыжбатов), при поддержке танков  завязали бой за окраину утром 3 февраля, но основные силы были остановлены  в районе Лужесно (4 километра севернее Витебска). Судя по тому, что 67 ОЛБ к концу дня оказался в Верховье, а 68 ОЛБ в резерве в Красный Двор, от штурма Витебска отказались практически сразу. Далее несколько дней идут бои севернее Витебска, но постепенно смещаясь в сторону Суража. Складывается впечатление, что Тарасов попал в окружение и пытался прорвать его с боем по старому маршруту «отошёл на север, оставив Лужесно (Учхоз), и 4.02.1942 года вышел в район Авдеевичи, Сеньково, Ковали, где повёл наступление на Белыновичи. Противник атаковал Белыновичи. Полк отошёл к Сеньково, где ведёт огневой бой.» Выход к Суражу и не просто выход, а наступление на Сураж (пусть даже одним полком) уже 6 февраля, явный знак того, что дивизия взяла севернее Белыновичей и лесом без боя отошла к Суражу.
Претензии Еременко к разведке конечно серьезные, но даже если бы Тарасов узнал о выдвижении еще одного полка к Суражу, вряд ли бы это что то изменило. У Тарасова на руках был приказ взять Витебск, и не выполнить его он не мог, да и Адреанополь и Торопец брали по большому счету рейдом по вражеским тылам. Но попав в трудное положение Тарасов смог вывести дивизию из вражеского тыла.
Как результат рейда к Витебску 249 СД с лыжниками были образованы «Витебские ворота» («Суражские ворота») 40-километровый прорыв в немецкой линии фронта, между Велижем и Усвятами. Значение этих ворот трудно переоценить для развития партизанского движения на Витебщине. Скупые цифры могут сказать что через образовавшиеся «ворота» в тыл врага с оккупированной территории было эвакуировано более 200 тысяч человек; направлялись разведывательные и диверсионные группы, оружие, боеприпасы, медикаменты, литература. С оккупированных территорий через них выходили на переформирование партизанские отряды. Только за лето 1942 года с временно оккупированной территории Белоруссии призвано в ряды Красной Армии свыше 25 тысяч человек. Немного отвлекаясь можно сказать, что во время зимнего наступления, на северо – западных участках фронта в полосе 4, 3, 1, 2 ударных армий было немало участков подобных «Витебским воротам», где территория контролировалась только лыжными батальонами и партизанами. Где лыжные батальоны проводили совместные операции с партизанами, иногда сами становясь ядром партизанских отрядов. 
Лыжники 68 ОЛБ прошли путь от Пено до Витебска, при этом в отличие от остальных частей армии им пришлось еще сделать крюк в 120км для захвать ст Старой Торопы, да еще крюк 150-200 км от Велижа к Витебску и обратно. Учитывая постоянные обходные маневры лыжников трудно даже представить, сколько километров они прошли с боями по вражеским тылам за месяц боев. Батальон совместно с 67 ОЛБ был на острие наступления 4УА.
Как говорит Еременко «После безуспешных боев за Сураж дивизия была выведена в армейский резерв». Однако 10 февраля дивизия ведет бой за Сураж.
Из ЖБД 4 УА «921 СП с 68 ЛБ ведет наступление на восточную окраину [населенного пункта] Велиж, в направлении на запад от Лякова29 по шоссе, овладел восточной частью окраинных кварталов по ул. Жутовская30.»
Во второй половине февраля 1942г 249 СД ведет бой на рубеже  РЯБИНКА - АЧИСТКА-ГРИБАНИ (5-8 км юго-восточнее г. ВЕЛИЖ). На этом рубеже дивизия вела бои минимум  до 23 февраля. В этих боях активно участвовал и 68 ОЛБ.
ИЗВЛЕЧЕНИЕ ИЗ ОПЕРАТИВНОЙ СВОДКИ № 49 ГШ К А на 8.00 18.02.42 г
«4-я ударная армия продолжала вести бои за овладение гг. ВЕЛИЖ, СУРАЖ (Витебский) и частями 249 сд сдерживала атаки противника на рубеже РЯБИНКА - АЧИСТКА - ГРИБАНИ (5-8 км юго-восточнее г. ВЕЛИЖ), а частями 360 сд вела бои с противником, пытающимся прорваться к г. ВЕЛИЖ с юго-запада.»
Из ЖБД 4 УА
«17.02.1942г.
249 СД с 141 ОТБ, 1117 СП 69 и 68 ЛБ имеет задачу уничтожить противника в р-не Ачистка, Проявино, Щеткина, атаковать совхоз Миловиды. 925 СП…
69 ЛБ после безуспешной атаки [на] Мокрые Нивы, сосредоточен в Заречье.
18.02.1942 г.:
68 ЛБ в боях в р-не [населенных пунктов] Проявики (правильно Проявино – прим. Казаков Н.А.), Ачистка  (правильно Очистка) понес большие потери, в батальоне осталось до 15 чел. Командир батальона капитан Сеничкин, руководя боем, проявил героизм и мужество до конца. 17.02.42 геройски погиб в р-не [д.] Ачистка. Потери за 17.02: убито 42, ранено 82»
Нужно отметить, что несмотря на большие потери, (в 249 СД батальоны были по 30 активных штыков) 249 СД (16ГвСД) 68 ОЛБ и другие части усиления своих позиций противнику не отдали.
О дальнейших боях батальона ничего не известно, можно предположить, что после таких потерь лыжный батальон был попросту влит в состав 16 Гв СД и приказ о расформировании и направлении личного состава на пополнение дивизии закрепил это документально.
20 апреля 1942г. 68 отдельный лыжный батальон был официально расформирован, уцелевший личный состав передан на пополнение 16 Гв СД(249 СД).
Это неоконченная статья о боевом пути 68 ОЛБ, позже она будет дополнена.




Комментариев нет:

Отправка комментария